Краеведам

Краеведческая Абевега

В настоящее время к проблемам региональной культуры приковано пристальное внимание педагогов, краеведов, теоретиков и практиков, исследователей и методистов, журналистов, энтузиастов – ревнителей отечественной культуры. Вызывают оживлённую полемику сам предмет, объект исследования, история региональной культуры (методология, содержание, методика; опыт, традиции, перспективы; термины, дефиниции, понятия).

Само понятие имеет различные толкования, значения. Выделим три из них – наиболее приемлемых, практически значимых для просветительской работы:
  • краеведение – освоение, осмысление, изучение какой-либо определённой территории, выделенной по административно-политическим или хозяйственным признакам;
  • краеведение – всестороннее освоение, осмысление, научная фиксация, исследование сравнительно небольшой территории «малой родины»;
  • краеведение – комплекс научных дисциплин, объектами которых являются: прошлое региона, природные условия, социально-экономическое, политическое, историческое и культурное развитие микрорайона, села, города, района, области, края, республики.

На первый взгляд кажущиеся сравнительно простыми понятия, дефиниции, термины нуждаются в глубоком и всестороннем осмыслении. Особую трудность они заключают в себе для нас – жителей Подмосковья (которое исторически «вобрало» в себя территории владимирские, рязанские, ярославские, тверские, тульские, орловские, смоленские, брянские, калужские). Возникают также вопросы, относящиеся к «москвоведению» и «подмоскововедению». Где границы нашей «малой родины»? Как избежать субъективности, конъюнктурной избирательности, издержек «местного патриотизма»? Бытует даже особый термин – «краеведческая зашоренность».

«Региональная сфера», «региональная аура». Различное понимание в разное время понятий: губерния, провинция, край, земля, волость, уезд, регион. Историческое краеведение. Историко-художественное краеведение. Краеведение литературное, географическое, музыкальное, архитектурное, медицинское, педагогическое, туристическое… Краеведческий материал, «краеведческий компонент» уместен и необходим на занятиях по математике, физике, химии, биологии, лингвистике, культурологии, этнографии, физической культуре, педагогике и психологии, на уроках и занятиях по труду и спорту.

Есть основания говорить о краеведческой культурологии, региональной культурологи. Региональная культура – составная часть культуры отечественной, мировой культуры; краеведение имеет большое значение в повышении научного уровня освоения гуманитарных дисциплин, предметов естественно-математического цикла, в успешной реализации образовательных и воспитательных целей и задач.

Культура (от латинского слова «cultura», означающего возделывание, воспитание, образование, развитие, почитание) – исторически определённый уровень развития общества, творческих сил и способностей человека, выраженный в типах и формах организации жизни и деятельности людей, а также в создаваемых ими материальных и духовных ценностях. Слово «культура» чаще всего встречалось в выражении «cultura agricola» (культивация, обработка, улучшение почвы), позднее же это слово-понятие обрело принципиально иной смысл в выражении «cultura animi» (совершенствование души).

Существует множество вариантов определения культуры. Краткий философский словарь под редакцией М. Розенталя и П. Юдина (М., 1954) констатирует: «Культура – совокупность материальных и духовных ценностей, созданных человечеством в процессе общественно-исторической практики». Философский словарь под редакцией И. Т. Фролова (М., 1986) утверждает: «Культура – творческая деятельность человечества во всех сферах бытия и сознания, направленная на преобразование действительности, на превращение богатств человеческой истории во внутреннее богатство личности». Конечно же, «внутреннее богатство личности» будет приумножено, если становление личности, психолого-педагогическая «диалектика души» юного гражданина Отечества соприкоснутся с историей «малой родины», с народной культурой. Архитектурные памятники Сергиева-Посада, Коломны, Волоколамска, Серпухова, Звенигорода, музыкальные шедевры Чайковского, Свешникова, живописные полотна «работают» на становление творческой индивидуальности, социально активной, нравственно полноценной личности.

Академик Н. И. Конрад говорил: «Культура – то, что мы создаём, чем мы владеем, и в то же время она создаёт нас, нами владеет». Философские прозрения нравственные проповеди военный гений беззаветная самоотверженность стали олицетворением жизни «по законам красоты», во имя человека и человечества. Лингвистические изыскания В.Виноградова

В своей работе «Экология культуры» Д. С. Лихачёв говорит о том, что понятие экологии нельзя ограничивать только задачами сохранения природной биологической среды. Для жизни человека, полагает культуролог, не менее важна среда, созданная культурой его предков и им самим. Сохранение культурной среды при этом – задача не менее существенная, чем сохранение окружающей среды. Если природа необходима человеку для его биологической жизни, то культурная среда столь же необходима для его духовной, нравственной жизни, для его «духовной оседлости», для его привязанности к родным местам, для его нравственной самодисциплины и социальности.

Д. С. Лихачев отмечает, что вопрос о «нравственной экологии» не только не изучается, он даже и не поставлен нашей наукой как нечто целое и жизненно важное для человека. Изучаются отдельные виды культуры и «остатки культурного прошлого», вопросы реставрации памятников и их сохранения, но не изучается «нравственное значение и влияние воздействующей силы на человека всей культурной среды во всех её взаимосвязях, хотя сам факт воспитательного воздействия на человека его окружения ни у кого не вызывает ни малейшего сомнения… Культурную экологию не следует смешивать с наукой реставрации и сохранения отдельных памятников. Культурное прошлое нашей страны должно рассматриваться не по частям, как повелось, а в целом» («Памятники Отечества», 1980, №2).

«Часто многие из отцов делают всё и принимают все меры, чтобы у сына был хороший конь, великолепный дом или дорогое поместье, а о том, чтобы у него была хорошая душа и благочестивое настроение, нисколько не заботятся. Это и расстраивает всю Вселенную – то, что мы не радеем о своих детях, заботимся об их богатстве, а душою их пренебрегаем, допуская крайне безумное дело… Нужно смотреть не на то, чтобы сделать детей богатыми серебром и золотом и тому подобным, но чтобы они были богаче всех благочестием, любомудрием и другими добродетелями, чтобы они не нуждались во многом, чтобы не увлекались житейскими предметами и пожеланиями…

Если ты хорошо воспитываешь сына своего, то и он – своего сына, а этот – своего сына; и как бы некоторая цепь и ряд прекрасной жизни будет продолжаться навсегда, получив начало и корень от тебя и принося тебе плоды попечения о потомках. Если бы отцы тщательно воспитывали детей своих, то не нужно было бы ни законов, ни судилищ, ни наказаний, ни мучений и публичных убийств», – мудрое слово Иоанна Златоуста.

В художественно-документальном очерке «Школьная Робинзонада» Михаил Пришвин (один из знатоков истории и культуры Подмосковья) рассказывает о годах своего учительства в сельской глубинке, «живых уроках» человековедения, народознания, культурологи: «Я искал материалов для оживления урока не в новейшей литературе, а в условиях современной жизни, в живых остатках старины, так мало-помалу предмет – древняя словесность (народная) – превратилась в краеведение». Педагогический опыт Пришвина по краеведению своеобразен и актуален («Вследствие этого преподавания у меня явились такие мысли о краеведении, с которыми я до сих пор никак не могу расстаться, и всё мне кажется – я тут открыл какую-то Америку»). Пришвинская «Школьная Робинзонада» раскрывает для вдумчивого читателя методологические, методические, психолого-педагогические аспекты краеведения. «…В состав краеведения входят все области знания: спрашивается, какой же небывало умной головой должен быть преподаватель? А вот как я преподавал краеведение, то мне кажется, так может с пользой заниматься всякий элементарно грамотный человек, и вот это мне и кажется похожим на известный анекдот о Колумбовом яйце, – самоиронично размышляет автобиографический повествователь «Школьной Робинзонады». – Краеведение, по-моему, есть прежде всего не только наука, оно, вероятно, есть настолько же и искусство, вообще оно не столько аналитическая, как синтетическая деятельность человека». Проследим за логикой и ходом мысли Пришвина: «В науке я стараюсь уйти от предмета, отделаться от его частностей и случайностей и найти общий закон; напротив, в краеведении именно эти частности и случайности мне самое главное, и задача моя – приблизить к себе предмет изучения настолько, чтобы явилось во мне чувство или образ; из множества таких чувственных у меня должно сложиться лицо данного края, с одной стороны. И практическое знание о нём – с другой». Пришвин предлагает уяснить специфику краеведения на основе ботаники. В соответствии с программой летних занятий учительница отправляется с детьми в поле. Юные экскурсанты, выполняя учебное задание, находят жёлтый цветок. Учительница показывает лепестки, чашечку, пестик, тычинки и говорит, что это лютик. «И что же получается у детей от такого урока? Понятие о цветке вообще, стеснённость своей натуры и живой любознательности этим долгом мыслить логически по поводу встречающихся предметов – и ничего от знания местного края, потому что лютик и встречается повсюду», – замечает Пришвин, предлагая свой вариант «ботанического краеведения». Он знакомит детей с мудрой крестьянкой, «знахаркой, ведающей местные травы», «пользительные травы». Дети, в сущности, совершают как бы «настоящее открытие»: «Мы берём эту траву с собой, засушиваем, подписываем её местное название, практическое применение, быть может, и легенды, связанные с этим цветком; старуха непременно что-нибудь расскажет; хорошая старуха знает по-своему все травы, и это и есть изначально местное знание… И так мы обходим поля, луга, лесные опушки – сколько живых интересных всем знаний в один только день и какая открыта прекрасная долинка, сплошь покрытая драгоценным Валерьяном, – и всё с помощью одной тёмной старухи. Значит, весь секрет нашего успеха состоит в том, что мы постарались через старуху приблизить к себе предмет и, так сказать, его ороднить, что ботанику в краеведческом смысле мы поняли входящей в состав жизни человека. И так можно решительно всё изучать с огромною пользой, с каждодневными настоящими местными открытиями».

Историческое краеведение Подмосковья в системе изучения региональной культуры и общеобразовательных дисциплин



…Сильна ли Русь? Война, и мор,
И бунт, и внешних бурь напор
Её, беснуясь, потрясали –
Смотрите ж: всё стоит она!..
А. С. Пушкин «Бородинская годовщина»

И современники и тени
В тиши беседуют со мной
Сильнее стало ощущенье
Шагов Истории самой…
Ярослав Смеляков

«Краеведческая культура – одна из основ корневой культуры человека, а следовательно, и его нравственности, гражданственности. Такой она остаётся и в век высокой технической цивилизации и даже тогда, когда он насыщен социальным реформаторством. Со времени распространения в России собственно научных знаний и понятий об источниках таких знаний можно говорить уже и о том, что мы называем теперь москвоведением, и соответственно о его роли и развитии краеведения и науки в целом», – говорил один из видных и компетентных знатоков истории Москвы и Подмосковья профессор С. О. Шмидт, председатель Археографической комиссии Академии наук России, председатель правления Союза краеведов России. Уроженец Москвы, великий русский поэт в «Борисе Годунове» рисует образ мудрого летописца Пимена:

Ещё одно, последнее сказанье
И летопись окончена моя…
Недаром стольких лет
Свидетелем Господь меня поставил
И книжному искусству вразумил…
…Да ведают потомки православных
Земли родной минувшую судьбу.

Историческое краеведение имеет значительные и весомые традиции. Отошлём читателей к монографии «Историческое краеведение. Основные источники истории родного края. Пособие для студентов педвузов» (авторский коллектив: Н. П. Милонов, Ю. Ф. Кононов, А. М. Разгон, М. Н. Черноморский, А. С. Завадье; Москва, «Просвещение», 1969). В своё время вышли (теперь они стали библиографической редкостью) полезные издания: сборник «Подмосковье» (1956), пособие по краеведению для учащихся школ («Из истории Москвы и Московской области»; авторы – А. И. Казанский, А. К. Казанская, Н. А. Сундуков; Просвещение», 1964).

Под краеведением понимается всестороннее изучение (школьниками или студентами на занятиях и во внеурочное время) какой-либо определённой территории, проводимое на научной основе. А. С. Барков в монографии «Вопросы методики и истории географии» (М., 1961) констатирует: «Краеведение есть комплекс научных дисциплин, различных по содержанию и частным методам исследования, но ведущих в своей совокупности к научному и всестороннему познанию края». Различают краеведение по формам его организации: государственное, школьное (вузовское), общественное. В школьном же краеведении различают учебное (его методология, методика, характер и содержание мотивируются учебными программами) и непрограммное (его структура, содержание, формы и методика определяются планами воспитательной работы каждого конкретного учебного заведения).

Один из талантливых художественных летописцев древней Московии Иван Бунин создаёт собирательный образ города с великой историей («Самый город тоже гордился своей древностью и имел на то право, он и впрямь был одним из самых древних городов… принадлежал к тем важнейшим оплотам Руси, что, по слову летописцев, первыми вдыхали бурю, пыль и хлад из-под грозных азиатских туч, то и дело заходивших над нею, первыми видели зарева страшных ночных и дневных пожарищ, ими запаляемых, первыми давали знать Москве о грядущей беде и первыми ложились костьми за неё…»

Бунинское стихотворение «В орде»:
Над степью, в приволжских песках,
Широкое, алое солнце тонуло.
Ребёнок уснул у тебя на руках,
Ты вышла из душной кибитки, взглянула
На кровь, что в зеркальные соли текла,
На солнце, лежащее точно на блюде,
И сладкой отрадой степного, сухого тепла
Подуло в лицо твоё, в потные смуглые груди.


Бунинский исторический эпос: Великий был стан за тобой:
Скрипели колёса, верблюды ревели,
Костры, разгораясь, в дыму пламенели
И пыль поднималась багровою тьмой.
Ты, девочка, тихая сердцем и взором,
Ты знала ль в тот вечер, садясь на песок,
Что сонный ребёнок, держащий твой тёмный сосок,
Тот самый Могол, о котором
Во веки веков не забудет земля?
Ты знала ли, Мать, что и я
Восславлю его, – что не надо мне рая,
Христа, Галилеи и лилий её полевых,
Что я не смиреннее их –
Аттилы, Тимура, Мамая,
Что я их достоин, когда,
Наскучив таиться за ложью,
Рву древнюю хартию божью,
Насилую, режу, и граблю, и жгу города?
Погасла за степью слюда,
Дрожащее солнце в песках потонуло.
Ты скучно в померкшее небо взглянула
И, тихо вздохнувши, опять опустила глаза…
Несметною ратью чернели воза,
В синеющей ночи прохладой и горечью дуло.

Суммированные, прокомментированные материалы «Энциклопедии Подмосковья» могут послужить основой факультатива «Роль археологии в краеведении. Краеведческая археология. Археологическое краеведение Подмосковья».

Примерная программа такого факультатива:

  • Содержание, трактовка понятий, дефиниций, терминов. Включение в научный и учебно-воспитательный обиход сведений, материалов, фактов археологического характера;
  • Археология как составная часть исторической науки, изучающая вещественные памятники (первобытные, древние и средневековые), занимающаяся реконструкцией по ним далёкого прошлого человеческого общества. Вещественные памятники:

орудия производства и созданные с их помощью материальные блага (одежда, предметы роскоши, украшения, частные и общественные архитектурные постройки, произведения изобразительного искусства, монеты, оружие и т. д.);

  • Краеведческий, «региональный компонент» археологии.
  • Использование в краеведении археографии, археологической

датировки, археологических методов.

  • Археологическая культура. Археологические памятники. Археологические раскопки.

Статьи «Энциклопедии Подмосковья» помогут учащимся, всем интересующимся краеведческими проблемами сориентироваться в следующей проблематике:

  • Специалисты-археологи, выдающиеся учёные, исследовавшие территорию Подмосковья;
  • Культурологический обзор памятников древнейшего периода в Подмосковье;
  • Палеолит (эпипалеолит, протонеолит, мезонеолит), «детство человеческого рода». Хронологически: древний (нижний) – с

600 до 30 тысячелетия до н. э.; верхний (поздний) палеолит – с 30 до 14 тысячелетия до н. э.;

  • Мезолит, эпоха каменного века, переходная между палеолитом и неолитом (от 14 тыс. лет назад до 7 тыс. лет назад, т.е. от 12 тысячелетия до н. э. – до 5 тысячелетия до н. э.) Археологические находки на реках Ока, Москва, Клязьма, Истра, Волга;
  • Неолит, позднейшая эпоха каменного века, сменившая мезолит. Появление глиняной посуды, возникновение земледелия, проявления прогресса в общественных отношениях. Основные признаки неолита: заточка камня, его пиление и шлифование, появление нового типа орудия – топора, появление керамики с ленточным (или жгутовым) способом изготовления глиняной посуды, появление металла. Находки боевых топоров, их типы на реках Оке, Волге, Москве, Доне;
  • Энеолит, «меднокаменная» эпоха; расцвет материнского рода, зачатки патриархата. Исследования абашевской культуры;
  • Городецкая культура. Срубная культура. Борщевская культура. Роменско-борщевская культура. Изучение археологических

памятников Подмосковья и «смежных» регионов, «московских украйн»;

  • Железный век. Распространение металлургии железа, изготовление железных орудий, оружия в Подмосковье.

Применение железа – мощный импульс-стимул развития производства, ускорения общественного развития. Под курганами и поселениями обнаруживают ямы и катакомбы. На лесистых берегах Верхней Волги, Оки, Москвы и их притоков сохранились следы маленьких крепостей, обнесённых земляными валами, следы городищ, относящихся (по свидетельству Птолемея) ко II веку н. э. Волжско-окские первобытные городища получили название дьяковских от обнаруженного археологами городища у села Дьяково на Москве-реке.

Старшие школьники могут принять участие в археологических экспедициях. Конечно же, перед этим они должны получить необходимые знания в кружках, где обстоятельно осмыслили необходимые вопросы (местонахождение и условия расположения памятников; виды и наименование памятников; приёмы описания памятника; описание находок около памятника или на нём. Для изучения эпохи бронзы в Подмосковье имеются классические памятники фатьяновской культуры. Обнаружены в Подмосковье и следы палеолитических стоянок. В программах школ, гимназий, колледжей, училищ, лицеев есть вопросы, предусматривающие связь основного материала с «региональным компонентом». Программы составляются таким образом, чтобы предусмотреть соответствующее время на изучение необходимого краеведческого материала. Вопрос о целесообразности использования этого материала в той или иной теме, характере его привлечения (в тематической связи с изучаемыми на соответствующих уроках событиями или же на специально выделенных уроках) решается самим учителем, исходя из конкретного содержания материала краеведения.

Опыт лучших педагогов и воспитателей позволяет выявить основные формы и методы подготовки учителя к уроку с использованием краеведческого материала. Прежде всего – источники краеведческих сведений. Учитель составляет библиографию статей и книг по истории Подмосковья; знакомится с монографической и научно-популярной литературой по истории края или города; привлекает учебные пособия по истории края и методические работы учителей-земляков; необходимо знакомство с экспозициями и фондами местного краеведческого музея; просматриваются комплекты местных газет с краеведческими эссе, очерками.

Занятия с элементами краеведения (с частичным использованием «регионального компонента») и занятия, целиком посвящённые истории «малой родины», строятся на тех же дидактических и методических принципах, которые применяются в обучении истории.

Вместе с тем целенаправленное и систематическое привлечение краеведческих материалов придаёт данным урокам специфические черты и порождает особые требования к ним.

…Вон зеленя прозябли.
Продуты ветром дни.
Мой подмосковный зяблик,
Начни, начни…
Эдуард Багрицкий

История «малой родины», данного края или местности – часть истории Отечества; «местные» исторические события при всей их специфике, своеобразии – проявление общего исторического процесса. В методическом плане следует не забывать, что «местные», региональные факты и события не должны быть лишь механическим «привеском» к основному курсу. Необходима тесная связь краеведения с курсом отечественной истории. Чем глубже, основательнее, аргументированнее, разветвлённее будет данная связь, тем выше эффективность изучения и общего курса, и истории края (в частности, Подмосковья).

История края – это самостоятельная тема или проблематика курса истории, имеющая право на существование (как и любая тема или проблема курса) в силу своей познавательно-воспитательной значимости, а не потому лишь, что она выполняет полезную служебную роль по отношению к другим темам или проблемам курса, помогая их осмыслению. История края – составная и обязательная часть учебного курса; изучение исторического краеведения должно проводиться по определённой системе. Опыт лучших педагогов и воспитателей свидетельствует о большой эффективности, психолого-педагогической значимости сближения учебной и внеклассной работы, об их органической взаимосвязи и диалектическом взаимопроникновении. Обращение к краеведческой тематике и проблематике играет при этом особую познавательно-воспитательную роль. Полученные в процессе внеклассной работы сведения (образы и метафоры жанров прозы, лирики, публицистики, эссеистики, мемуаристики, эпистолярии, бытовые детали, цифровой материал, биографические сведения и т. п.) позволяют эффективнее и рациональнее проводить основные уроки.

Определяя и конкретизируя дидактические основы школьного (или вузовского) краеведения, методисты и практики-педагоги используют различные приёмы включения элементов краеведения в уроки по истории России. Во-первых, краеведческое вступление к уроку или к одному из рассматриваемых на уроке вопросов; во-вторых, краеведческая конкретизация основных вопросов урока; в-третьих, краеведческое дополнение к основному материалу; в-четвёртых, краеведческий материал – как основа изучения темы урока или некоторых его вопросов.

…Билет – картонный символ веры –
На Ярославском обрести –
И вот оно:
Раздолье, поле,
Леса в мятежном забытьи…
Дмитрий Голубков

Планирование уроков с «краеведческим компонентом» определяется особенностями историко-культурного развития региона, изученностью его истории, значением того или иного периода для исторических судеб как самого региона, так и всего государства и, конечно же, в значительной степени совпадением краеведческих тем с вопросами основного курса.

Планирование и реализация запланированного усложняются, когда вопросы общего курса совпадают с историей края. Педагоги-практики рекомендуют: если речь идёт о строго локализованных событиях общественно-политической истории, то следует принять следующее решение – события, относящиеся к прошлому «малой родины», изучаются более подробно (и для этого даже выделяется дополнительное учебное время или же дополнительный урок, непосредственно следующий за уроком основного курса). При этом оба урока оказываются «основными» и «краеведческими». Сложнее определить и реализовать содержание урока краеведения при рассмотрении фактов экономической (или культурной) жизни общеисторического значения, относящихся по локальному признаку к истории данного края или региона. В качестве примера можно назвать изучение темы «Развитие русской культуры в XVI-XVII столетиях». Содержание её в основном касается Москвы, и тема эта может рассматриваться в московских школах (и школах Подмосковья) как краеведческая. Здесь же – «краеведческий компонент», а также мотивация и дидактическая реализация «связей» с другой темой – «Наш край в XIV – начале XVII вв.»

Несколько замечаний по планированию уроков «москвоведения» и «краеведения Подмосковья».

…Поившая своей волною
Давно минувшие века,
Там вьётся светлой полосою
Смиренная Москва-река…
Пётр Вяземский

1-й урок. Население района Москвы и Подмосковья в древности. (Соответствует теме «Наш край в древности. Первые сведения из истории нашего края»). Природа Подмосковья. Смена археологических культур на территории современного Подмосковья. Славяне-вятичи.

2-й урок. Возникновение Москвы. Для учебных заведений Подмосковья эта тема «укладывается» в рамки краеведческой темы «Наш регион в период средневековья, до XIV столетия». Возникновение и первичный рост города. Первые летописные сведения о Москве. Результаты раскопок. Вопрос об основании Москвы Юрием Долгоруким.

3-й урок. Москва и Подмосковье в XIV-XVI столетиях. На этом уроке знания учащихся расширяются и углубляются за счёт исторических деталей, связанных с «московскими украйнами» (окраинами).

4-й урок. Москва и Подмосковье в XVII веке. Основное и «краеведческое» переплетается, перекликается: разорение Подмосковья и Подмосковья после изгнания польских интервентов; «медный бунт», «соляной бунт». Здесь же – обзор памятников каменного и деревянного зодчества (церковная архитектура, жилые здания).

5-й урок. Москва и Подмосковье в XVIII веке. Учитель (по своему усмотрению) делает акценты на тех или иных фактах: влияние реформ на жизнь и облик столицы и Подмосковья, возникновение новых мануфактур.

Последующие занятия продолжат знакомство учащихся с важнейшими событиями истории Москвы и Подмосковья в XIX-XXI вв.
…Шумит великая столица,
Шуршит машинами над ней,
И что же ей, Неглинке, снится
Среди подземных кирпичей?
Кувшинка, синие стрекозы,
Чуть розоватый свет зари?
Луга, песчаные откосы
И на быстринке пескари?..
Владимир Солоухин

Историческое краеведение и краеведение литературное, художественное, архитектурное, музыкальное. Историческое краеведение и краеведение географическое, естественно-научное, экономическое. Словесно-образное восприятие минувшего и настоящего:

…Московский герб: герой пронзает гада.
Дракон в крови. Герой в луче. – Так надо.
Во имя Бога и души живой
Сойди с ворот, Господень часовой!..
Марина Цветаева

Краеведы, знатоки Подмосковья

Всё чаще используют крылатую мудрость, отзывающуюся на эхо тысячелетий, о времени, когда нужно собирать камни, начинать созидание, способствовать процветанию и развитию. В деле собирания нравственно-духовных ценностей особая роль – у краеведов, краезнатцев, краелюбов. Если говорить о краеведении Подмосковья, то заслуживают упоминания (кроме уже названных) имена подвижников-краеведов, отдававших свой досуг, свою силу, свою творческую энергию изучению «малой родины» в контексте истории «большого» Отечества. Назовём некоторые из этих имён:

Шереметьев Николай Петрович (1751-1809), граф, известный государственный деятель, обер-камергер, сын П. Б. Шереметьева. С 1777 г. – главный директор Московского дворянского банка. Его деятельность, несомненно, привлечёт внимание всех, интересующихся экономической культурологией Подмосковья.

Шереметьев Сергей Дмитриевич (1844-1918), граф, видный государственный деятель, историк, писатель, коллекционер, знаток достопамятностей Подмосковья. В 1877 году основал и возглавил Общество любителей древней письменности. Председательствовал в Археографической комиссии. Бессменный редактор исторического сборника «Старина и новизна», где читатель-краелюб найдёт многожество интереснейших сведений о быте и бытии жителей Подмосковья.

Краеведам Подмосковья памятны труды Снегирёва Ивана Михайловича (1793-1868), автора трудов «Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества» (1846-1859), «Памятники московской древности»(1842- 1845), «Москва»(1865-1866). Любопытен краезнатцам его «Дневник».

Большую ценность имеют труды знаменитого литератора и культуролога Погодина Михаила Петровича (1800-1875), издателя журналов «Московский вестник», «Москвитянин». Отошлём читателя-краеведа к погодинской книге «О Москве».

«…прошедшее в настоящем…», - призывал видеть Вадим Васильевич Пассек (1809-1881), автор содержательных работ «Описание царства Московского», «О состоянии Москвы и Московской губернии в царствование Петра Великого». В 1842 г. вышла его «Московская справочная книжка» с картой Подмосковья. Он сетовал: «Москва ещё не имела книги, которая заключала бы в себе историческое её обозрение с указанием на её древние памятники, книгу адресов не только по столице, но и по губернии».

Краеведам Подмосковья будут интересны его наблюдения и историко-документальные констатации в его «Очерках России»(1838-1842).

Большим знатоком Подмосковья слыл Сергей Михайлович Любецкий (1809-1881). Заметный след в краеведении Подмосковья оставил Николай Петрович Розанов (1857-1941); в его публикациях содержались документальные зарисовки из биографий «наиболее выдающихся жителей» Москвы и Подмосковья; стала популярной его «Московская старина в народных пословицах и поговорках».

«Свою любовь к Москве отдаю юному поколению», - завещал А.Т. Саладин (1876-1918). Алексей Тимофеевич - автор альбомов и путеводителей: «По пригородам Москвы»(1902), «По Москве» (1910), «Некрополи Москвы» (1915-1918). Много добрых слов написал он о подмосковных Бронницах. А.Т. Саладин – прекрасный педагог и методист. «…при экскурсиях, прогулках и просто с целью ознакомления с окрестностями, хотя бы своего посёлка, необходимо иметь такой материал, который всегда был бы под рукою в виде карманной книжки, не заключающий в себе ничего лишнего и ненужного», - советовал он. «Дача – не мода и не безразличное удовольствие, а потребность нашего организма, нуждающегося хотя бы время от времени в чистом и богатом кислородом воздухе, солнце, купании в хорошей, не заражённой воде»,- пояснял он. Разрабатывая теоретические и методические вопросы краеведения Москвы и Подмосковья, А.Т. Саладин размышлял о жанрово-стилевых особенностях краеведческой литературы: «…Ведь так нужны такие книги, особенно теперь, когда, с одной стороны, нам необходимо познать самих себя, а с другой, когда потребность в культурных прогулках так назрела, так важно бороться такими средствами с появившимся одичанием. У нас почти нет подобной литературы». Образцом подобного жанра можно считать его «Путеводитель по пригородным и дачным местностям до станции Раменское Московско-Казанской железной дороги» (М., 1914).

Академик Тихомиров Михаил Николаевич (1893-1965) – один из авторов шеститомной «Истории Москвы»; стали исторической классикой его труды «Древняя Москва. ХII-ХV вв.»(1947), «Средневековая Москва в ХIV-ХV вв.» (1957).

Незаслуженно забыто имя Владимира Васильевича Згуры(1903-1927), внёсшего достойный вклад в усадьбоведение Подмосковья; Владимир Васильевич мечтал о создании специального Института усадьбоведения, работал над историко-художественной картой Подмосковья. Не потеряли своего значения его работы: «Подмосковные музеи», «Подмосковье: усадьбы-музеи», «Экскурсии в Подмосковье» (1925-1926), «Храм-мавзолей в селе Суханово» (1926). Впечатляет уже одно перечисление памятных мест, культурных «гнёзд», достопамятностей: Подольск, Остафьево, Лопасня, Отрада, Кусково, Суханово, Рождествено-Суворово, Горки, Ершово, Шабалово, Царицыно, Братцево, Никольско-Гагарино, Виноградово, Большая Песношня, Рюмина Роща.

«Географический фактор» в краеведении, региональной культурологии

Мы – москвичи! Что делать, милый друг!
Кинь нас судьба на север иль на юг –
У нас везде, со всей своею славой,
В душе – Москва и Кремль золотоглавый…
Аполлон Майков

Вон там по заре растянулся
Причудливый хор облаков:
Всё будто бы кровли, да стены,
Да ряд золотых куполов.
То будто бы белый мой город,
Мой город знакомый, родной…
Высоко на розовом небе
Над тёмной, уснувшей землёй…
Афанасий Фет

Опыт энциклопедистов-просветителей показывает особую воспитательно-познавательную значимость «географического фактора» в краеведении, региональной культурологии. Географическое положение Москвы и Подмосковья. Территория. Границы. «Энциклопедия Подмосковья» и краткий краеведческо-культурологический справочник « Подмосковье» напомнят читателям ( в особенности, читателям-школьникам и студентам» о новых возможностях «открытия мира». Вот, например, Талдом, куда наведывался к приятелю своему (тоже Сергею) Клычкову Сергей Есенин. Журавлиной родиной называют Апсаровское урочище и Дубненский болотный массив – единственное в центральной части России место, где на осеннем пролёте скапливаются на отдыхе тысячные стаи серых журавлей. Не здесь ли родилось есенинское: «…а журавлей относит ветер вдаль»?..

Энциклопедические статьи и справки напомнят о причудливо-живописных озёрах под Солнечногорском, об уникальном местообитании берёзы приземистой под Шатурой, о коренных ельниках с клюквенными сфагновыми болотами под Шаховской, о редких комплексах лесных муравьёв под Щёлковым. Научно-популярные, документально-публицистические, этнографические свидетельства и наблюдения по-особому «высвечиваются» в контексте «живого слова», поэтической метафоры: «…Домой я шёл по скату вдоль Оки, По перелескам, берегом нагорным, Любуясь сталью вьющейся рек И горизонтом низким и просторным. Был тёплый, тихий, серенький денёк, Среди берёз желтел осинник редкий, И даль лугов за их прозрачной сеткой Синела чуть заметно – как намёк. Уже давно в лесу замолкли птицы, Свистели и шуршали лишь синицы…» Иван Бунин. На Оке («Запустение»).

Современное песенно-живописное изображение Подмосковья:

«Речка движется и не движется
Вся из лунного серебра…»

(популярная песня «Подмосковные вечера»; слова М. Матусовского, музыка В. Соловьёва-Седого).

Естественно-научное краеведение Подмосковья: извечный спор «физиков» и «лириков»

…О, сколько нам открытий чудных
Готовит просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель…
А. С. Пушкин

«…Наших предков сильно беспокоила тайна мироздания. Они перепробовали почти все двери, ведущие к ней, и оставили нам

много прекраснейших ключей и отмычек, которые мы бережно храним в музеях нашей словесной памяти. Разбираясь в узорах

нашей мифологической эпики, мы находим целый ряд указаний на то, что человек есть ни больше, ни меньше, как чаша

космических обособленностей…»
Сергей Есенин

Иван Бунин, которого помнят Москва и Подмосковье, написал в 1906 году стихотворение «В Москве»:
Здесь, в старых переулках за Арбатом,
Совсем особый город…
Вот и март.
И холодно и низко в мезонине,
Немало крыс, но по ночам – чудесно.
Днём – ростепель, капели, греет солнце,
А ночью подморозит, станет чисто,
Светло – и так похоже на Москву,
Старинную, далёкую.
Усядусь,
Огня не зажигая, возле окон,
Облитых лунным светом, и смотрю
На сад, на звёзды редкие… Как нежно
Весной ночное небо! Как спокойна
Луна весною! Теплятся, как свечи,
Кресты на древней церковке.
Сквозь ветви
В глубоком небе ласково сияют,
Как золотые кованые шлемы,
Головки мелких куполов…

В том же 1906-м, когда было создано стихотворение «В Москве», Бунин пишет своего «Джордано Бруно»:
Ковчег под предводительством осла –
Вот мир людей. Живите во Вселенной.
Земля – вертеп обмана, лжи и зла.
Живите красотою неизменной.
Ты, мать-земля, душе моей близка –
И далека. Люблю я смех и радость,
Но в радости моей – всегда тоска,
В тоске всегда – таинственная сладость!..
И вот он посох странника берёт:
Простите, келий сумрачные своды!
Его душа, всем чуждая, живёт
Теперь одним: дыханием свободы…
…Глаза сияют, дерзкая мечта
В мир откровений радостных уносит.
Лишь в истине – и цель и красота.
Но тем сильнее сердце жизни просит…

Лирический герой-повествователь, воплощённый в образе сожжённого на костре титана философской и нравственной мысли, не приемлет рабскую униженность; он готов на самопожертвование во имя справедливости
(Вы все рабы. Цель вашей веры – Зверь:
Я свергну трон слепой и мрачной веры.
Вы в капище: я распахну вам дверь
На блеск и свет, в лазурь и бездну Сферы);

ему подвластны решения эпохальные
(Ни бездне бездн, ни жизни грани нет.
Мы остановим солнце Птолемея –
И вихрь миров, несметный сонм планет,
Пред нами разверзнется, пламенея!»

Анализируя и уясняя диалектику, трагические изломы «сгиба эпох», Бунин приглашает читателя-друга, читателя-единомышленника к постижению драматической судьбы Джордано Бруно:
И он дерзнул на всё – вплоть до небес.
Но разрушенье – жажда созиданья,
И, разрушая, жаждал он чудес –
Божественной гармонии Созданья.

Самоотверженность. Беспредельная преданность познанию: Оледенив желания свои,
Я только твой, познание – софия!

Противникам прогресса не сломить титана: Глаза блестят, но строго Его лицо.
Враги, вам не понять, что бог есть Свет…

Монолог Джордано Бруно, обращённый к ангельски прекрасной девочке со «звонкой лютней», исполнен неподдельного пафоса:
Мир – бездна бездн.
И каждый атом в нём
Проникнут богом – жизнью, красотою.
Живя и умирая, мы живём
Единою, всемирною Душою.
Ты, с лютнею! Мечты твоих очей
Не эту ль Жизнь и Радость отражали?
Ты, солнце! Вы, созвездия ночей!
Вы только этой Радостью дышали.
И маленький тревожный человек
С блестящим взглядом, ярким и холодным,
Идёт в огонь. Умерший в рабский век
Бессмертием венчается – в свободном!..
Я умираю – ибо так хочу.
Развей, палач, развей мой прах, презренный!
Привет Вселенной, Солнцу! Палачу! –
Он мысль мою развеет во Вселенной!

Валерий Яковлевич Брюсов (1873-1924), тоже связанный с Москвой и Подмосковьем, написал во всё том же 1906 году стихотворение «Хвала человеку», тематика и пафос которого перекликается с бунинским «Джордано Бруно»:
Молодой моряк Вселенной,
Мира древний дровосек,
Неуклонный, неизменный,
Будь прославлен, Человек!..
Камни, ветер, воду, пламя
Ты смирил своей уздой,
Взвил ликующее знамя
Прямо в купол голубой.
Вечно властен, вечно молод.
В странах Сумрака и Льда,
Петь заставил вещий молот,
Залил блеском города…
Змея, жалившего жадно
С неба выступы дубов,
Изловил ты беспощадно,
Неустанный зверолов.
И шипя под хрупким шаром,
И в стекле согнут в дугу,
Он теперь, покорный чарам,
Светит хитрому врагу…

Крупный мыслитель ХХ столетия, энциклопедически образованный просветитель-гуманист, В. Я. Брюсов рисует философско-метафорическую картину цивилизации от древнейших этапов человеческой эволюции:
По глухим тропам столетий
Ты проходишь с топором,
Целишь луком, ставишь сети,
Торжествуешь над врагом!;

брюсовский лирический герой-повествователь гордится успехами и достижениями пращуров:
Сквозь пустыню и над бездной
Ты провёл свои пути,
Чтоб нервущейся, железной
Нитью землю оплести;

В древних вольных Океанах,
Где играли лишь киты,
На стальных левиафанах
Пробежал державно ты».

Брюсов и его автобиографический герой-повествователь исполнены веры в человеческий прогресс:
Верю, дерзкий! Ты поставишь
По Земле ряды светил.
Ты своей рукой направишь
Бег планеты меж светил, –
И насельники Вселенной,
Те, чей путь ты пересек,
Повторят привет священный:
Будь прославлен, Человек!

Географический фактор в краеведении… Краеведы Подмосковья часто обращаются к биографии и трудам Петра Петровича Тян-Шанского (1827-1914), «отца русской географии». Под его научным руководством выпущены 12-томная «Живописная Россия», 11-томное издание «Россия. Полное географическое описание нашего Отечества», 5-томный «Географический словарь России», 3-томная «История Русского Географического общества». В Москвае и Подмосковье в разные годы жили и трудились соратники Семёнова-Тян-Шанского: И. В. Мушкетов, Ф. Н. Чернышов, А. И. Воейков, Ю. М. Шокальский, А. А. Тилло, В. Ф. Ошанин, П. П. Кропоткин, Н. М. Пржевальский). Провожая Петра Петровича в последний путь, его соратник и единомышленник В. Ф. Ошанин говорил: «Да сохранится же память о нём на многие века и да послужит он яркой путеводной звездой нам всем и нашим потомкам, как редкий пример человека, сумевшего с пользой прожить свою долгую жизнь… много и успешно поработавшего для блага всех людей и их прогресса».

Москва и Подмосковье помнят «почётного инженера-электрика» Александра Николаевича Лодыгина (1847-1923). «…Идут годы, мы открываем всё новые, считавшиеся утерянными, работы и изобретения Лодыгина, много новых страниц… Всё очевидней становится вклад Лодыгина в прогресс самых разнообразных областей электротехники, ещё заметней, ещё весомей и дороже с высот знаний человечества ХХ века…», – говорил член-корреспондент Академии наук СССР А. А. Вавилов.

Особо значима общественно-педагогическая деятельность Лодыгина в создании русской инженерной школы и отечественных кадров электротехников. Именно по инициативе «могучей кучки электротехников» (Лодыгин, Яблочков, Лачинов, Чиколев) был создан в восьмидесятые годы XIX века электротехнический отдел Русского технического общества (с отделениями в других городах России). Крупное их достижение – журнал «Электричество», на страницах которого пропагандировались технические знания. Значительное событие – создание технических училищ телеграфных инженеров.

Педагогам Подмосковья не могут быть не близки педагогические воззрения А. Н. Лодыгина, полагавшего, что «у каждого ребёнка потребность творчества есть одна из главных потребностей»: «Он посвящает удовлетворению её всё время, свободное от еды и сна. Отнимите у него свободу творчества, и он делается нервным, капризным, несчастным… Только благодаря необыкновенно искусно приспособленной системе обучения и воспитания… русских учебных заведений, он доводится в конце концов до полной потери этой потребности и даже способности…»

Журнал «Электричество (1909, №2) опубликовал по стенограмме доклада (прочитанного 8 декабря 1908 года в Московском обществе электротехников) статью «Техническое образование и идеалы инженеров». Эта статья вызвала оживлённую дискуссию об инженерной этике. «Цель инженерного искусства – польза. Современный способ деятельности – взаимопомощь… Как инженеры ХХ столетия будем полезны, будем деятельны, будем помогать друг другу!» – побуждает он своих коллег и соратников к реализации не на словах, а на конкретных делах идеала инженера будущего: «Здравость суждений, широта взглядов, добросовестность, способность понимать людей и управлять ими так же, как материей, уменье направлять человеческие силы, как и силы физические, суть необходимые качества инженера будущего. Как всегда, Лодыгин принципиален и объективен: «В современной организации производства находятся зародыши добра и зла: зародыши добра потому, что инженер доставил средства делать мировую работу с большой лёгкостью и скоростью, зародыши зла, потому что социальная система, как и система производства и коммерции, отстала от прогресса, достигнутого инженерами, и до сих пор запятнана несправедливостью и себялюбием».

Москва и Подмосковье своеобразно отразились в творчестве Евгения Ивановича Замятина (1884-1937). О «подмосковном» происхождении некоторых своих творческих «завязей» Замятин сообщает, например: «…возвращался… через Москву, по Павелецкой дороге. На какой-то маленькой станции, недалеко от Москвы, я проснулся, поднял штору. Перед самым окном – как вставленная в рамку – медленно проплыла физиономия станционного жандарма: низко нахлобученный лоб, медвежьи глазки, страшные четырехугольные челюсти. Я успел прочитать название станции: Барыбино. Так родился Анфим Барыба и повесть «Уездное».

Студент-политехник, специалист в области кораблестроительной архитектуры, сотрудник журналов «Теплоход», «Русское судоходство», «Известия Политехнического института», путешественник, автор философского романа «Мы» стремился ответить на «вечные вопросы» бытия: «Всякое сегодня – одновременно и колыбель, и саван: саван – для вчера, колыбель – для завтра. Сегодня, вчера и завтра – равно близки друг другу и равно далеки одно от другого: это поколение, это деды, отцы и внуки. И внуки – неизменно ненавидят и любят дедов, – констатирует Замятин. – Сегодня обречено умереть, потому что умерло вчера и потому что родится завтра. Такой жестокий и мудрый закон. Жестокий – потому что он обрекает на вечную неудовлетворённость тех, кто сегодня уже видит далёкие вершины завтра; мудрый – потому что только в вечной неудовлетворённости – залог вечного движения вперёд, вечного торжества. Тот, кто нашёл свой идеал сегодня, – как жена Лота, уже обращён в соляной столп, уже врос в землю и не двигается дальше. Мир живёт только еретиками: еретик Христос, еретик Коперник, еретик Толстой. Наш символ веры – ересь: завтра – непременно ересь для сегодня, обращённого в соляной столп, для вчера, рассыпавшегося в пыль. Сегодня отрицает вчера, но является отрицанием отрицания – завтра: всё тот же диалектический путь, грандиозной параболой уносящий мир в бесконечность. Тезис – вчера, антитезис – сегодня, и синтез – завтра».

Замятин «спрессовывает» тысячелетия, столетия, размышляет о современном в контексте мировой истории: «Вчера был царь и были рабы, сегодня – нет царя, но остались рабы, завтра будут только цари. Мы идём во имя завтрашнего свободного человека-царя. Мы пережили эпоху подавления масс; мы пережили эпоху подавления личности во имя масс; завтра – принесёт освобождение личности во имя человека. Война империалистическая и война гражданская – обратили человека в материал для войны, в нумер, в цифру. Человек забыт – ради субботы; мы хотим напомнить другое – суббота для человека». Что делать? Этот вечный «проклятый вопрос» вставал и перед Замятиным. Как отвечает он? «Единственное оружие, достойное человека – завтрашнего человека, – это слово. Словом русская интеллигенция, русская литература десятилетия подряд боролась за великое человеческое завтра. И теперь время вновь поднять это оружие. Умирает человек. Гордый хомо еректус становится на четвереньки, обрастает клыками и шерстью, в человеке – побеждает зверь. Возвращается дикое средневековье, стремительно падает ценность человеческой жизни… На защиту человека и человечества зовём мы русскую интеллигенцию…»

Наукограды Москвы и Подмосковья помнят Николая Геннадьевича Басова, выдающегося физика, одного из основоположников квантовой радиофизики, академика АН СССР, дважды Героя Социалистического Труда, лауреата Нобелевской и Ленинской премий. Выпускник, затем профессор Московского инженерно-физического института, директор Физического института имени Лебедева АН СССР, главный редактор журнала «Природа». Cовместно с А. М. Прохоровым разработал принципиально новый метод генерирования электроламповых колебаний с помощью квантовых систем и создал первый в мире молекулярный генератор-лазер на пучке молекул аммиака. Был одним из первых, кто выдвинул идею применения полупроводников для квантовых генераторов оптического диапазона – лазеров и развил методы создания различных типов полупроводниковых лазеров. Выполнил ряд работ по теории мощных импульсивных лазеров на рубине и неодимовом стекле, по созданию квантовых стандартов частоты, взаимодействию мощного излучения с веществом.

В 1967 году вышла книга В. В. Аникеева под примечательным заглавием «Возьми Эверест: Невыдуманная микроповесть о человеке, посрамившем инженера Гарина». Многие годы Н. Г. Басов возглавлял Всесоюзное общество «Знание».

Переделкино… Сюда, к Леониду Максимовичу Леонову, приезжали крупнейшие учёные-мыслители, деятели науки и техники. Многие годы Л. М. Леонов входил в состав редколлегии журнала «Наука и жизнь». В философском романе «Пирамида», прослеживая диалектически сложное, чреватое трагическими изломами движение цивилизации, Леонов как бы фиксирует главнейшие достижения человечества: «…Винт, рычаг, колесо. Огонь и Евангелие. Нож, пила, игла, топор. Лодка, парус, весло. Подшипник, бумага, стекло. Компас, линза, часы. Алфавит, иероглиф, сигнальные азбуки и коды. Библиотеки и музеи, университеты и храмы. Мосты, плотины, стадионы, кремли, тоннели, города. Канализация, водоснабжение, электросвет. Условная цифровая система мышления для оценки и приспособления немыслимого к бытовым потребностям. Плавка, ковка, литьё, золоченье, а также электронно-лучевая и термомагнитная обработка металлов. Книгопечатание и музыка. Цветные радиоигры и развлечения. Связь без проводов. Синтетические алмазы в куриное яйцо. Оптические счётные приборы. Летающие обсерватории. Вакцина и антибиотики. Незримое ухо для подслушиванья врага на расстоянии. Искусственные луны. Океанские, воздушные и подводные лайнеры любого погруженья. Ультракороткое дальнозрение по обе стороны от нуля. Катапульты для орбитального заброса на инопланеты механизмов и людей. Овеществлённая память. Термоядерные реакторы безопасного действия. Круглосуточная горячая вода. Спектральное прочтение светил и запредельных глубин за ними. Моторы гравитационного давления. Перегонка солнечной энергии без проводов. Думающие машины. Собеседники с человеческим голосом. Лунные поселенья для каторжников и мучеников науки. Подсобные божества механического обслуживания. Теория трансцендентного материализма. Алхимия без мистики и мистика без шарлатанства…»

Л. М. Леонов вводит в философское повествование своеобразный «номинативный» перечень будущих «достижений» человека и человечества ( здесь и такие «иррациональные диковинки за пределами нашего воображения», как «школьные пособия для рассмотренья сущего с изнанки», «световая ракета», «башни радиовнушения гражданских добродетелей и приручения диких животных», и «пионерские могилы на Марсе и дальше кое-где, тоже не объединившие людей, несмотря на всечеловеческую общность героев»).

«Нацеленные», «акцентные» названия городов, посёлков…ЭлектростальЭлектрогорскЭлектроугли… Семнадцать имеют «нацеленное» название Новосёлки, девять – Новинок, несколько десятков имеют «акцентное» определение Новая, Новый, Новое, ещё несколько десятков – корневую приставку «Ново-». Есть населённый пункт с «побудительным» («Время, вперёд!») названием Темпы…

Заглавная страница

Введение

Энциклопедия

Статьи

Краеведам

Педагогам

Автор

Сокращения